ВИНОВНОСТЬ НЕ ПОДТВЕРЖДАЕТСЯ

В специализированном межрайонном суде по уголовным делам ВКО уже два месяца идет нашумевший процесс по делу Виктора Мая - заместителя руководителя Управления госдоходов города Усть-Каменогорск. Начался суд над ним в июльскую жару, а закончится, похоже, под первым снегом. И настроения, витающие там, похоже, не майские…

Настала осень. Сгустились дождливые тучи.

Внимание многих СМИ региона и Республики в последние два месяца приковано к громкому судебному процессу, основным фигурантом на котором выступает Виктор Май - пожалуй, самый известный налоговик в регионе, занесенный первым в Книгу почета госслужащих ВКО и удостоенный звания «Отличник налоговой службы». По отзывам многих горожан, он честно проработал более двадцати лет и ни разу не вызвал никаких нареканий ни от руководства, ни со стороны предпринимателей. А уж в их среде, как правило, любая информация разносится моментально!

Бизнесмен Сергей Рыбалко, например, по собственной воле поделился впечатлениями о В. Мае в мессенджере: «Он законник! Ни «договоренностей», ни «разводок» не признавал! Сразу обрывал разговор. Действовал только в правовом поле».

И таких очевидцев тысячи.

Но каково же было удивление многих горожан, когда осенью 2015 года появилась информация об аресте В. Мая! А потом и об уголовном деле, выросшем за два года до 232 томов. И сегодня судебное разбирательство, по мнению стороны защиты, уже достигло апогея, и скоро перейдет в завершающую фазу.

- Судебное следствие дошло до пика, - говорит адвокат В. Мая Ерлан Кырыкбаев. - Месяц опрашивались лжепредприниматели и контрагенты, всего около 150 человек. И ни один из них не подтвердил причастность В. Мая к каким-либо их делам. Мы, конечно, не можем предвосхищать решение суда, но на сегодняшний день невиновность Виктора Яковлевича полностью подтверждается.

Сам В. Май во время своего допроса в зале судебных заседаний четко и недвусмысленно заявил:

- Я невиновен! О каком руководстве ОПГ может идти речь, если члены так называемой ОПГ меня в глаза не видели? Все контрагенты отрицают знакомство со мной и про меня даже не слышали! Нет ни единого доказательства превышения мною служебных полномочий. О какой сумме ущерба может идти речь, если она определена лишь косвенным образом?..

 

КАК МЕНЯЛИСЬ СТАТЬИ ОБВИНЕНИЯ

Напомним, что первоначально, на стадии предварительного расследования, В. Маю инкриминировали статью 215 УК РК о лжепредпринимательстве. Соответственно и подвели его к «руководству организованной преступной группы», обналичивающей крупные суммы денег и уклоняющейся от налогов якобы благодаря его участию. На этом стояла сторона обвинения до последнего. Но на первом же судебном заседании основных слушаний, состоявшемся 2 августа 2017 года, представители прокуратуры произвели своеобразный фурор, заменив статью 215 на 216 и 245. Поясним, что в связи с декриминализацией статьи о лжепредпринимательстве в июле нынешнего года все дела такого рода в РК стали приостанавливать, прекращать. Но нашим местным обвинителям почему-то захотелось все продолжить, и вместо прекращения уголовного дела В. Маю вменили «выписку фиктивных счетов-фактур» и «пособничество в уклонении от уплаты налогов».

- Понимаете, в чем дело, - комментирует данное обстоятельство квалифицированный юрист Сергей Кузнецов, который защищал В. Мая еще на стадии предварительного расследования и по праву считается одним из самых знающих адвокатов региона. - Статья 215 УК РК охватывала по всем составляющим, субъективным и объективным, все действия подозреваемых. Естественно, по версии следствия! Поэтому обвинение В. Мая в руководстве ОПГ как бы вытекало из «лжепредпринимательской» статьи, т. к. если создается ОПГ в этой сфере, то именно для этого. Включайте логику! Они идут в неразрывной связи. Но если отпала 215-я статья, то о каком руководстве ОПГ может идти речь?! Да и вообще об ОПГ?.. Отсюда следует, что часть 3 статьи 262 УК РК  о «руководстве ОПГ с использованием служебного положения», вменяемую В. Маю, нужно полностью исключать! К тому же это абсолютно ничем не подтверждается. Нет ни единого доказательства злоупотребления служебным положением со стороны моего подзащитного.

Стоит отметить, что вся конструкция, выстроенная следствием и стороной обвинения, далеко не железобетонная, а порой даже хрупкая. Достаточно обратить внимание на тот немаловажный факт, что потерпевшей стороной с самого начала считался Департамент госдоходов, а расследование в отношении В. Мая проводила служба экономических расследований этого же департамента!

- По сути это юридический нонсенс! - восклицает Сергей Михайлович. - Потерпевший и следователь в одном лице. Потом, видимо, сообразили, и весной нынешнего года оформили в качестве потерпевшего прокуратуру - государственного обвинителя! И такое, можно сказать, странное положение сохраняется по сей день…

 

ДОКАЗАТЕЛЬНАЯ БАЗА «ТРЕЩИТ ПО ШВАМ»

Немало в этом деле и других странностей… Похоже, что практически вся доказательная база обвинения состоит из показаний трех человек - бывшего подчиненного В. Мая, экс-начальника отдела НДС И. Искакова, его гражданской жены и приятеля. Да, пожалуй, слабым довеском еще могут служить путаные показания одного подсудимого, который даже во время судебного допроса утверждал диаметрально противоположные вещи: то он знал В. Мая, то видел мельком лишь однажды. Налицо чисто субъективный подход. К тому же, учитывая многие нюансы, невольно возникают сомнения в достоверности таких показаний.

- Именно по рекомендации Виктора Мая Искаков был понижен, снят с должности начальника НДС, - говорит адвокат Бахытжан Чалабаева. - Так что личностный мотив имеет место. Именно Виктор Яковлевич заподозрил его в причастности ко всевозможным неслужебным делам и содействовал его понижению. Ведь именно отдел НДС и его начальник были непосредственно связаны с предпринимателями и могли содействовать «проделкам» с налогами… Сам В. Май, кстати, будучи заместителем руководителя, этот отдел не курировал и доступа к базе данных не имел.

И действительно, сначала по делу лжепредпринимателей в качестве руководителя ОПГ был привлечен и арестован именно Искаков, но спустя некоторое время он вдруг вышел на свободу.

- Искаков заключил сделку со следствием, и дал показания, замечу, абсолютно голословные, против В. Мая, - поясняет адвокат С. Кузнецов. - После чего его выпускают из СИЗО и определяют под домашний арест. Никаких вещественных доказательств в отношении В. Мая у него не было, и быть не могло! Ни документов, ни видео-, ни аудиосвидетельств. Тем не менее, на основании лишь этих голословных показаний, да еще показаний жены Искакова, Виктора Яковлевича привлекают к этому делу и назначают арест. И что самое главное: прошло два года, но до сих пор кроме вышесказанного вина В. Мая ничем иным не подтверждается!

Единодушна с ним и Бахытжан Чалабаева. Вспоминая  события двухлетней давности, она просто кипит от негодования:

- Я крайне возмущена до сих пор: по голословному утверждению человека упрятали в СИЗО! Как это вообще возможно в стране, строящей правовое государство? Виктор Май за 13 месяцев пребывания в изоляторе потерял столько здоровья!.. Да и вышел оттуда лишь потому, что наступила реальная угроза инсульта (…) Сейчас я искренне надеюсь на объективность суда при рассмотрении дела.

 

«БЕЛЫЕ ПЯТНА» СЛЕДСТВИЯ

У следствия, по мнению стороны защиты, оказалось немало недоработок, своеобразных «белых пятен», которые почему-то не были изучены. Интересно: с умыслом или по недомыслию?

- Если бы собирались реальные доказательства вины В. Мая, то непременно были бы допрошены все сотрудники отдела НДС, - утверждает адвокат Сергей Кузнецов. - И сделать это следовало, чтобы установить, обращался ли к ним В. Май для сокрытия информации по лжепредприятиям. В ходе предварительного расследования этого сделано не было, и подобных доказательств его вины не добыто.

Еще более примечательна история с персональным рабочим компьютером Виктора Яковлевича, установленным в его рабочем кабинете.

- Во время задержания, да и позже, я сам настаивал на проведении обыска в моем рабочем кабинете и изучении моего компьютера, - подчеркнул В. Май в суде. - Но этого сделано не было! Ни сразу, ни потом. А ведь после этого сразу бы стало ясно, причастен я или нет. Для непосвященных сообщу, что в рабочем компьютере установлена трехуровневая система допуска республиканского значения! И там на сервере отмечается все: какими предприятиями интересуешься, когда и пр. Однако, похоже, следствию было не нужно подтверждать мою непричастность и невиновность.

Обвинители не учли, что по роду своей деятельности В. Май не контролировал отдел НДС, не занимался налогами. Более того, как честный госслужащий сам выявлял лжепредпринимателей.

- С моим участием раскрыты два ОПГ - Давыдова и Каратаевой, - и я сам помогал тогда следствию и прокуратуре в выявлении новых схем уклонения от уплаты налогов, - заявил В. Май на процессе. - Что касается данной ОПГ, куда меня бездоказательно приписали, то от моей помощи странным образом отказались. А ведь в деле поначалу фигурировала сумма в 17 миллиардов, а под конец осталось всего 4 миллиарда! Куда делись 13 миллиардов? Их ведь недополучил бюджет… Какого же качества было следствие, которое провели сейчас?

В суде Виктор Май озвучил и сумму, которая «прилипла» к рукам посредников предпринимателей:

- Исходя из показаний всех тут сидящих, а это 10 подсудимых, включая Искакова, я произвел подсчеты. Получилась такая «скромная» сумма в 15 миллионов долларов. Я говорю о 3-4% за посредничество и обналичку, которые оседали в карманах…

И В. Май, и его защитники уверены, что следствие не выявило все схемы обнала и ухода от налогов и не добралось до истинных организаторов. Зато во время предварительного следствия Виктору Яковлевичу, по его словам, предлагали пойти по пути Искакова: сдать свое руководство и дать обвиняющие показания. Обещали отпустить из тюрьмы и даже вывести из числа обвиняемых по уголовному делу. Но он отказался.

- Если у меня нет конкретных доказательств, как я могу оговорить людей? - рассуждает В. Май.

И такая позиция, согласитесь, вызывает уважение.

 

КРАСНОРЕЧИВЫЕ ДЕТАЛИ

Стоит добавить, что два года назад по всем силовым ведомствам и гражданским службам имела хождение некая анонимка, в которой подробно в деталях была расписана схема всех участников лжепредпринимательской «цепочки». На судебном процессе она даже приобщена к материалам дела. Так вот, что показательно, В. Май там не фигурирует ни в качестве руководителя ОПГ, ни в качестве участника. А вот обвиняющий его гражданин Искаков упоминается. И еще кое-какие «люди в погонах» и «в высоких кабинетах». Конечно, анонимка не является юридическим доказательством, но если фактически на основании нее было начато расследование в 2015 году, и кое-что подтвердилось, то, может, стоит внимательнее отнестись к содержимому этой бумаги?

Кстати, на одном из последних заседаний в суде зачитывалась запись разговора И. Искакова с некоей Котович, в отношении которой дело было прекращено «в связи с деятельным раскаянием». И там прозвучали небезынтересные высказывания. Например, И. Искаков упомянул «нашего юриста в Астане» и выразил пожелание «перетащить туда все предприятия». Небольшая деталь, но, на наш взгляд, весьма красноречивая!

Имеется и еще одно любопытное наблюдение: во время допроса Виктора Яковлевича в суде наиболее острые вопросы прозвучали от его защитников. А вот сторона обвинения ко всевозможным схемам и солидным суммам интереса почему-то не проявила. Порой даже казалось, что гособвинение на процессе решило выполнять функции защиты гражданина Искакова, снимая ненужные вопросы или помогая ответить на самые сложные, в которых тот начинал путаться. Заодно кивком головы «рекомендовали» ему отвечать или отказаться. И тому немало свидетелей в зале суда.

- По данному факту мы направили запрос в прокуратуру, - комментирует произошедшее Б. Чалабаева. - Мы считаем, что отказ Искакова отвечать на вопросы В. Мая неправомерен. Он обвиняет Виктора Яковлевича в совершении серьезного преступления, при этом не имеет ни аудиодоказательств, ни документов. Фактически голословно! Поэтому должен ответить на любые вопросы с нашей стороны. Иначе будет нарушен принцип состязательности сторон. А наша сторона не будет иметь равного доступа к всестороннему исследованию обстоятельств дела.

 

ЧТО ВПЕРЕДИ?

Сколько продлится судебное разбирательство, неизвестно. Помимо В. Мая на скамье подсудимых еще 10 обвиняемых предпринимателей. Хотя кроме И. Искакова практически никто Виктора Яковлевича даже не знал. Впереди, пожалуй, самая бурная часть процесса - прения.

- Получить оправдательный приговор у нас практически невозможно, - считает адвокат Сергей Кузнецов. - Презумпция невиновности не действует. За 15 лет работы я видел всего три оправдательных приговора! В июле этого года декриминализировали 215-ю статью «Лжепредпринимательство», и невзирая на это гособвинение поспешило отправить материалы дела в суд. А ведь могли поступить иначе…

Действительно, могли и прекратить дело, и даже отозвать из зала суда. Но почему-то в последние годы сложился нездоровый стереотип: раз дело направлено в суд - значит, надо добиться осуждения обвиняемых. И свою цель многие сотрудники прокуратуры, к сожалению, видят именно в этом, забывая установки, данные Генпрокуратурой. Так, генеральный прокурор РК Ж. Асанов считает, что «подобные обвинительные стереотипы подрывают правозащитную роль прокуратуры и превращают ее в карательный орган в глазах населения». Он произнес это год назад, на июльской коллегии. Может, новому руководству облпрокуратуры стоит прислушаться к этому мнению и попытаться изменить обвинительную практику в сторону справедливости?..

Сергей ВАСИЛЬЕВ

Фото из л/а Виктора Мая

Похожее

Комментарии